|
|
|
Июнь 26, 2037
10:31 pm - Эпиграф к ЖЖ Мысли, собранные здесь, взяты мною из очень большого количества сочинений и сборников мыслей. Мысли без подписи или взяты мною из сборников, в которых не обозначены их авторы, или принадлежат мне. Остальные мысли подписаны их авторами, но, к сожалению, когда я выписывал их, я не обозначал точно, из какого именно сочинения они взяты. [...] Я желал бы, чтоб читатели испытали при ежедневном чтении этой книги то же благотворное, возвышающее чувство, которое я испытал при ее составлении и продолжаю испытывать теперь как при ежедневном чтении ее, так и при работе над улучшением ее второго издания.
(Л.Н.Толстой. Предисловие к "Кругу чтения")
"Покойный был замечательным стилистом..."
|
Май 24, 2012
11:01 pm - "Зодиак – такое слово" "Это лучшее примечание, какое я знаю: комментарий так и должен сообщать читателю, что такие-то слова рассчитаны на понимание (такое-то), а такие-то на непонимание" ("Записи и выписки"). "Эридан — река, Волосы Вероники — созвездие". "Скабиоза", что означает "шершавка". ("Русский стих в комментариях").
|
Май 23, 2012
09:31 pm - Consent Age
nexoro цитирует: В старинной поэме Брука (1562), послужившей источником для шекспировской трагедии, Капулет говорит: "Ей нет еще и XVI лет". Но в позднейших изданиях этой поэмы (1582, 1587) вместо XVI стоит XIV, вероятно, вследствии ошибочной перестановки единицы. В прозаическом рассказе Пейнтера Джульетта является еще на два года старше: ей 18 лет. Шекспир, очевидно, держался одного из позднейших текстов Брука. (ПСС под ред. Венгерова, 1, 554).
|
Май 22, 2012
11:58 pm - Борхес, раскрытый наугад "Он, как мало кто, чувствовал нереальность мира (нереальность кошмара, притом безжалостного). Единственной опорой оставалась работа и, как понятно, не результат - всего лишь суета и призрак, - а она сама". "Для Карлейля... история всегда права. Побеждают достойные, и всякий, кто не слеп, поймет, что до утра при Ватерлоо Наполеон защищал правое дело, а к десяти вечера - беззаконие и гнусность".
|
Май 21, 2012
02:34 pm - Неизвестные письма Булгакова - в киевском музее на Андреевском спуске.
"Ах, Костя, ты не можешь себе представить, как бы я хотел, чтоб ты был здесь, когда "Турбины" шли в первый раз. Ты не можешь себе представить, какая печаль была у меня в душе, что пьеса идет в дыре захолустной, что я запоздал на 4 года с тем, что я должен был давно начать делать - писать. В театре орали "Автор" и хлопали, хлопали... Когда меня вызвали после второго акта, я выходил со смутным чувством..."
|
Май 20, 2012
Май 19, 2012
Май 18, 2012
11:02 pm - Neil Gaiman: "Trust me, I'm a Doctor" http://journal.neilgaiman.com/2012/05/trust-me-im-doctor-honorary-of-fine.html Видео: речь на вручении почетной докторской степени в филадельфийском University of the Arts. Чудовищно харизматичен, чем и пользуется.
|
Май 17, 2012
11:54 pm - Кивок В раннем рассказе Брэдбери "Р - значит ракета" вскользь упоминается друг главного героя, некий Мак Леслин. Как пишут комментаторы американского академического собрания - это гибрид Энсона Макдональда (псевдоним Хайнлайна) и его второй жены Леслин. После этого уже не удивляет, что у героев "Крошки-убийцы" фамилия Лейбер. (Как же мучительно Брэдбери выдавливал из себя по капле pulp fiction! - так и не выдавил, конечно, - и так же мучительно пытался писать мейнстримовские рассказы, которые опубликовал только в девяностые годы; многие полагают, что это "поздний Брэдбери". Я уже как-то писал здесь: не то удивительно, что первые 26 опубликованных рассказов Брэдбери не переиздавал; удивительно, что после них он написал "Ветер", "Косу", "Озеро", а там и всё остальное.)
|
Май 16, 2012
11:21 pm - VIII Киевская Международная книжная выставка в "Украинском доме": программа.. Много пересечений с "Киевскими лаврами", что неудивительно.
|
Май 15, 2012
06:50 pm - Классовый гуманизм В повести Платонова "Эфирный тракт" (1926-27), действие которой происходит в близком будущем, есть такой фрагмент: "- А ты забыл свое стихотворение? Ну-ка, повтори! Мальчик поднялся с пола и единым духом выговорил, боясь остановиться и забыть: Рыжий шофер очень важен, Ахтобузик он ведет. Ехать быстро очень страшно; Дядя денежки берет... Мальчик говорил важно и про себя думал, что он шофер". Так печаталось во всех советских изданиях. Между тем, в авторском тексте есть и продолжение стишка: По Лубянке к Театралке Мчится громко ахтобус. Нам людей давить не жалко, Не знакома пионерам По уставу грусть.
Вспомнилась куда более поздняя (1957) запись Лидии Гинзбург: "Рядом со мной собирается перейти через улицу благообразная женщина средних лет. Обращаясь ко мне: - Боюсь я теперь переходить. Очень страшно. С тех пор как они перестали гудеть. В Москве, говорят... У меня в Москве родственники. Так в Москве, говорят, в первую неделю ужас сколько было случаев. Потом ничего, привыкать стали, А в первую неделю... Перешли. Она продолжает идти рядом. Я: - Ну, да. Но вообще это лучше. Пришли к заключению, что без гудков безопаснее. Когда со всех сторон гудят, человек нервничает, оглядывается. Может пойти не туда, куда нужно. А так меньше несчастных случаев. - Нет, почему же меньше. Теперь если он вас сам пощадит - хорошо. А так он вас объезжать не обязан, только на дорожке для перехода. - Как так? - На дорожке, значит, для перехода - там он отвечает. Должен затормозить. А если вы в другом месте переходили, в непоказанном, тогда пожалуйста, сами виноваты. Он может вас сбить и переехать, и даже номера его не запишут. Так и поедет дальше. А если он вас не до смерти переедет и вы потом выздоровеете, так вы же потом еще заплатите штраф за переход не в том месте. - Ну, что вы. Да как это может быть... - А как же! Так ведь для чего эти новые правила - чтобы транспорт быстрее ходил. Движение ведь большое. Надо побыстрее. А так, если каждого начнешь объезжать... А теперь без гудков пойдет быстро. Всякий сам будет знать - не попадайся. А шофер теперь может гнать, потому что он только на переходной дорожке отвечает. И она, и, вероятно, ее московские и ленинградские родственники - не удивились. Не удивились тому, что теперь, для быстроты городского транспорта, шоферам разрешено давить людей всюду, кроме отчерченных белыми полосами площадок для перехода, и, задавив, ехать дальше - не останавливаясь. Попробуйте сказать ей истинную правду - что мера эта принята для того, чтобы нервы городских жителей не страдали от уличного шума, - подобное соображение покажется ей наивным, ничего общего не имеющим с ее представлением о действительности и притом лишенным государственного смысла".
В равной степени показательно и то, что женщина "не удивилась", и то, что для Гинзбург (с ее - не то ницшеанским, не то структуралистским - отрицанием человека) важно совершенно другое.
|
Май 14, 2012
09:55 pm - Программирование будущего Михаил Суслов. Игры патриотов: Военные фантазии в политической культуре России конца XIX – начала XX веков
Утопический очерк известного историка Д. И. Иловайского «Более тридцати лет спустя» (1897) показывает картину сокрушительного поражения России от немецких войск. Здесь автор использует военный сюжет для того, чтобы показать, какие пороки настоящего привели к катастрофе. По мнению Иловайского, ахиллесовой пятой Российской империи было «засилие» иностранного капитала. Он последовательно показал, как невыгодный торговый договор с Германией 1894 года привел страну к обнищанию, подчинению немецким промышленникам и финансистам. Кроме экономического кризиса он диагностирует упадок народного духа и нравов, а также усиление «антигосударственных» элементов в лице евреев, немецких колонистов, «гнилых либералов». В конце концов, тяжелое положение в экономике вынудило царя выступить против Германской империи. Россия сразу оказалась в полной изоляции. Когда выяснилось, что против России поднялись Англия, Швеция, Япония, Греция, Румыния, не говоря уже о Германии и двуединой империи, то ее давний союзник, Франция, предпочел не вмешиваться. К тому же, «пятая колонна» подготовила восстание против русских в Царстве Польском, а на Украине поддержку врагу оказывали евреи, штундисты, украинофилы и немецкие колонисты. Противник захватил господство на морях и овладел столицей, а на Дальнем Востоке сопротивление было сломлено японцами, немцами и англичанами. Бежавшее в Нижний Новгород правительство было вынуждено просить о мире. Россия лишалась Финляндии, Привислинских губерний, Бессарабии, Волыни, Подолии и русской Армении. Прибалтика получает права самой широкой автономии. Разоренная войной страна вынуждена собирать 6 млрд. контрибуции и подписать кабальный торговый договор, а пока – по Москве маршируют прусские гренадеры. Иловайский не только показывает, как не надо поступать, он сжато набрасывает штрихи к будущему процветанию страны. Очень показательна логическая эквилибристика автора, делающего из поражения победу. Историк провозглашает «Петербургский период» российской истории законченным. Столица переносится в Москву, «недружественные окраины» отпадают, народ сплачивается вокруг императора, «пятая колонна» выявлена, а русский народ получил жестокий урок о том, что у него нет и не может быть друзей за границей. (...) Характерная для панславистов и неославянофилов германофобия имеет не только геополитическое, но и важное символические измерения. Они видели в войне с Германией выражение национального самосознания русского народа, которому давно пора сбросить с себя иноземное культурное иго, наложенное на страну Петром, и закончить «ученический», петербургский период русской истории. Воображаемая война для них была не столько войной с Германией, сколько войной за утверждение высокой ценности собственной национальной культуры, за русскую национальную идентичность. Порой война с Германией или с Великобританией приобретает черты глобального противостояния цивилизаций, а, в конечном счете, – добра и зла, но более конкретное значение воображаемой войны заключается в описании модели нового «воображаемого сообщества». Консолидация нации, пан-национального (например, всеславянского) или имперского союза часто является результатом литературной войны. Не слишком эффективные в качестве конкретной программы действий, проекты воображаемых войн выполнили свою задачу в качестве эсхатологических пророчеств. Создаваемые в огромных количествах, визионерские войны рубежа XIX – XX вв. подготовили общественное сознание для восприятия мысли о необходимости и неизбежности решающего столкновения великих держав. Утвердилось положительное или нейтральное отношение к самой войне, готовность принять как победу, так и поражение ради кардинальной перестройки фундамента общества. Поэтому воображаемые войны обладали огромным революционным потенциалом; они настойчиво убеждали читателя, что после войны все будет по-другому, гораздо лучше. Милитаристы-визионеры «запустили» главный движущий механизм утопии – «принцип надежды», но не смогли ввести его в жесткие рамки рациональных программ, они лишь выпустили на свободу демона разрушения, и не смогли с ним совладать. Мировая война, которую увлеченно воображали все недовольные социальные слои и предвкушали реваншисты, фундаменталисты и националисты в России и Европе в течение последних 30-40 лет, в августе 1914 года стала реальностью.
|
12:39 am - Надпись буйвол

Утащил у mgsupgs.
|
Май 13, 2012
11:38 pm - И все они - Божьи твари Разбирая старые ссылки, наткнулся на любопытный материал: Cosmic Pluralism: How Christianity briefly conquered the solar system By the 1700s, there could no longer be any doubt. Earth was just one of many worlds orbiting the Sun, which forced scientists and theologians alike to ponder a tricky question. Would God really have bothered to create empty worlds?
|
Май 11, 2012
08:36 pm - Salamandra P.V.V. представляет: Конан Дойль А., Жилетт У. Шерлок Холмс на сцене. Вступ. статья, пер. и коммент. А. Шермана. – Б. м.: Salamandra P.V.V., 2012. – 390 c., илл. – PDF. – (Новая шерлокиана, Вып. III). В книгу «Шерлок Холмс на сцене» вошли четыре пьесы о знаменитом детективе, написанные А. Конан Дойлем и известным актером и драматургом У. Жилеттом, который на протяжении двух с лишним десятилетий сотни раз выходил на подмостки в образе Шерлока Холмса. В этих драматических произведениях, служащих прекрасным дополнением к шерлокианскому «канону», Холмс сталкивается с хитроумными преступниками, вместе с доктором Уотсоном переживает новые приключения, принимает на Бейкер-стрит сумасбродную поклонницу и даже… женится. Большая часть включенных в книгу произведений впервые переводится на русский язык.
|
Май 10, 2012
11:28 pm - Оливер Твист над кипами конторских книг Омри Ронен пишет: Подтекст, например исторический, если его знать понаслышке, может сыграть с беззаботным автором злую шутку, превратив патетическую интенцию в ненамеренно пародический, почти фарсовый эффект. Адамович написал стихи о своей оккультной попытке остановить дуэль Пушкина: “По широким мостам... Но ведь мы все равно не успеем, / Этот ветер мешает, ведь мы заблудились в пути, / По безлюдным мостам, по широким и черным аллеям / Добежать хоть к рассвету, и остановить, и спасти. / <…> / Море близко. Светает. Шаги уже меряют где-то. / Будто скошены ноги, я больше бежать не могу. / О, еще б хоть минуту! Но щелкнул курок пистолета. / Не могу... Все потеряно... Темная кровь на снегу”. Увы, Адамович, как заметил Набоков, “совмещал интуицию и невежество”. Дуэль на Черной речке происходила в пятом часу пополудни, когда уже смеркалось, а не светало: только в тривиальных представлениях дуэль всегда на рассвете. Неудивительно, что посланник Адамовича опоздал. Я об этом упомянул во время первого моего семинара об акмеизме и подтексте в Йеле весной 1971 года, и переписывавшийся с Адамовичем А. К. Раннит обратился к нему за разъяснениями. Адамович, сильно погодя, ответил характерным для него доводом: действие стихотворения происходит во сне, поэтому не важно, когда была дуэль — утром или вечером.
Чем это принципиально отличается от вышивающей Пенелопы или отравительницы Федры? "Если ты знаешь, что делаешь, ты благословен, но, если не знаешь, ты проклят как преступивший закон"?
|
Май 9, 2012
01:23 pm - C Днем Победы! И черт бы побрал времена, когда приходится объяснять, что ты не с теми, кто славит мудрого товарища Сталина, и не с теми, кто орет, что 9 мая - день оккупации Украины.
|
|
|