October 14th, 2004

Just Homsa

Наглая рыжая морда

По ссылке chingizid:

gotfried пишет:
Однажды днем к мальчику подошел рыжий зверь с острой мордочкой и длинным хвостом.
- А давай, - сказал рыжий зверь, - ты меня приручишь? Будешь приходить в одно и тоже время, думать обо мне, и я стану для тебя единственным .
- Послушай, - ответил мальчик. - Кто тут кого приручает?

Вариация amigofriend:
Однажды днем к мальчику подошел рыжий зверь с острой мордочкой и длинным хвостом.
- А давай, - сказал рыжий зверь, - ты меня приручишь? Будешь приходить в одно и тоже время, думать обо мне, и я стану для тебя единственным.
- Хорошо, - ответил мальчик, засунул зверька за пазуху и побежал по каменистым тропинкам Спарты на встречу со старшим по званию.

И сравнительно давний, бьющий наповал текст snorapp. который заканчивается так:
"Глазки какие синие. Голосок какой тоненький. Нарисуй ты ему, наконец, барашка. Ноет, ноет, задрал уже".

Всё это на самом деле довольно грустно.
Just Homsa

Он знал довольно по-английски, чтоб эпиграфы разбирать

Фэнтезист Гай Гэвриэл Кей - человек культурный, в отличие от многих переводчиков. Поэтому эпиграфам к его романам не везет просто фатально.
"Тигана": Георгос Сеферис по воле переводчицы стал Джорджем Сеферисом. То, что он по-английски "George Seferis", еще ни о чем не говорит.
"Львы Аль-Рассана": Пауль Клее превратился в Пола Кли.
"Дорога в Сарантий" (Sailing to Sarantium): я, еще не видя книги, заподозрил, что без Йейтса не обошлось. Те, кто уже прочел этот роман, подтвердили, что так оно и есть: все неподписанные эпиграфы взяты именно из Уильяма Батлера ("A Prayer for My Son", "Byzantium").
Очевидно, тут требовалась хотя бы сноска. Но что Йейтс! Эпиграф к роману - из "Повести временных лет", и уж если этот текст дается в переводе с английского... уж извините. Смысл совершенно не искажен, но дело в принципе! Сними ты с полки книгу и процитируй, тем более, что эпизод хрестоматийный.
"...и не понимали, на небесах мы или на земле. Ибо нет на земле такого великолепия и такой красоты, и не знали мы, как ее описать. Знали лишь, что Бог живет там среди людей, и служба их прекраснее, чем церемонии других народов. Ибо не можем мы забыть эту красоту".
Collapse )