November 23rd, 2007

... and the Bookman

За рощей кленовой на ветке дубовой висели хвосты и сушились

Как-то неловко встречать Произведения Искусства, к которым суровыми нитками пришиты идеологически выдержанные хвосты - добродетельные чиновники, блистающие жандармы и вообще лозунги. (Когда хвостик виляет вполне искренне - как в "Киеве" Маяковского - это тем более печально.)
В последнее время попалось на глаза сразу несколько примеров.
"Большая дорога" Светлова - знаменитый военно-полевой романс из "Бедного гусара" ("К застенчивым девушкам, жадным и юным...") - заканчивается так:

Простите нам, жены!
Прости нам, эпоха,
Гусарских традиций
Проклятую похоть!


Светлов же, из позднего:

Пусть погиб мой герой.
Только песня доныне жива.
Пусть напев в ней другой
И другие, конечно, слова.
Но в бессонное сердце
Стучатся все так же упрямо
Collapse )


А Утесов заканчивал классическую песню "С одесского кичмана" (кстати, отлично перепетую Кортневым) так:

Одесса, Одесса,
Давно все это было,
Теперь звучат мотивы уж не те:
Бандитские малины давно уж позабыты
И вытеснил кичманы - новый быт.


Всё понятно - а каждый раз неожиданно и даже отчасти печально.