October 28th, 2016

... and the Bookman

Еще о Толстом

Очевидно, что Жадан, сочиняя проповедь преподобного Джонсона-и-Джонсона в "Депеш Мод", не вспоминал "Воскресение". Но некоторые вещи не меняются.

Кизеветер, крепкий седеющий человек, говорил по-английски, а молодая худая девушка в pince-nez хорошо и быстро переводила.
— Только подумаем, любезные сестры и братья...

Дорогі брати і сестри! (Дорогі брати і сестри! — перекладає тьотка в костюмі)... Алілуя! (Тьотка мовчить.)