September 18th, 2017

Just Homsa

Time capsule

Когда приехал из Львова и разбираешь сумку, что находишь в застегнутом на молнию кармашке?
Да. Паспорт, потерянный десять с половиной лет назад.

(Первый львовский Форум, с которого я привез аж одну новую книгу - Жадана; всё остальное - более или менее букинистика.)
... and the Bookman

И буди вечно тленна

В драматическом наследии Василия Нарежного, помимо безумно-трэшевой «Кровавой ночи» (1799, первый русский опыт шекспировского ямба; см.), есть еще и «Димитрий Самозванец» (1800), который немногим ей уступает.
Вот кое-что из финала:

ДИМИТРИЙ. Духи вечной ненависти, ослепите, сделайте меня глухим, чтоб я не мог ни слышать, ни видеть! Родитель мой!
НИЩИЙ. Проклятый сын! (Отступает шаг назад). Взгляни на меня! (Димитрий взглядывает на него, и он поражает его в грудь два раза).
ДИМИТРИЙ (падая навзничь). Еще один удар, в сердце! (Нищий дает ему еще один удар). Так! так! гм! должно умереть! (После немногих судорог умирает).
НИЩИЙ (становится на грудь его одною ногою). Слышишь ли, слышишь ли ты, народ, и ты, Царь, как хрипит запекшаяся кровь в груди его? Это последние усилия ослабевшего человечества. – Веселитесь, народ, Царь, веселитесь, тиран погиб! (Бьет себя в грудь и терзает волосы).