Михаил Назаренко (petro_gulak) wrote,
Михаил Назаренко
petro_gulak

Земля вечерняя и земля эгипетская

Отослал guest_informantу окончательный текст книги Джона Краули "Роман лорда Байрона "Вечерняя Земля"" (зарекался ведь писать к нему комментарии - ан нет, шесть листов - главным образом, цитаты из самого Байрона). Это такой гибрид "Бледного пламени" и "Обладать": полуавтобиографический роман лорда Б., комментарии Ады Лавлейс и современные мейлы вокруг находки зашифрованой рукописи. Нет, не Байетт, увы; но книга трогательная - об отцах и дочерях - и послевкусие хорошее.
Ну, и вспомнил, о чем забыл сказать в фотоотчете о поездке в Полтаву: по дороге дочитал последний том "Эгипта", так что теперь знаю, чем ВСЕ ЭТО закончилось.

"Endless Things" - не знаю, как это переведут: по контексту подходит "Бесконечность" или "Бесконечное множество". О чем эта книга? Как бы так сказать, чтобы не испортить впечатление тем, кто еще не читал третий том (т.е., думаю, почти всем, кто заглянет под кат)... Словом, так: переходное время закончилось в "Дэмономании", в декабре 1978 года. Последняя книга - о новой эпохе, которую создали желания, выборы и действия обитателей Блэкбери-Откоса, прежде всего - Бо Брахмана и Пирса Моффета. Нет, я так и не понял до конца, что именно произошло в кульминационной сцене "Дэмономании"; придется терзать автора.
Итак, последние три части, зимний кватернер:
REGNUM - поездка Пирса в Европу, по следам Крафта, в феврале-марте 1979-го;
BENEFACTA - история самого Крафта, его визит в Чехословакию весной 1968-го (и мы наконец узнаём, какой именно философский камень он там обрел); ненаписанный финал его романа - магическая Европа, которую мог создать Бруно; и почему он выбрал смерть на костре.
CARCER - самая длинная из частей, почти половина книги, - кода в духе не то "Войны и мира", не то "Властелина Колец": тринадцать лет жизнь Пирса, до весны 1992 года и пикника на горе Ранда (где нам наконец показан тот самый монумент, который упоминается в каждом из томов).
В числе действующих лиц - дама Фрэнсис Йейтс, Шекспир, Гермес, Бруно в облике осла, бен Бецалель, Фридрих V Пфальцский и его супруга Елизавета Английская, Иоанн Валентин Андреэ, Ян Амос Коменский, Рене Декарт и многие другие.
Проза прекрасна, как обычно, и как всегда - готовит головоломки для переводчиков. Ветер, знаменующий приход новой эпохи в 1620 году, "separated the a from the e in every word where they were joined, or suppressed one and left only the other, like conjoined twins that can’t survive together, encyclopedias of aerial etheric demons in Egypt. Nobody noticed". Бедные мы, кириллические...

Так о чем же были эти почти две тысячи страниц?
Чем дальше, тем больше "Эгипет" напоминает "Маятник Фуко" - и тем больше различий между ними. (Напомню на всякий случай, что первый том и "Маятник" писались одновременно, так что ни о каком обоюдном влиянии речи быть не может.)
Некий "человек, не такой уж молодой", с неустроенной личной и профессиональной жизнью (и не очень понимающий, до какой степени он сформирован своими детскими впечатлениями), придумывает теорию, которая объясняет все, что происходит в мире в последние сотни лет. Грань между его вымыслом и нашей реальностью истончается, даром что исходная идея заведомо нелепа и недостоверна. Радом с ним - женщина, которая объясняет ему, что все это чушь, и возвращает к действительности (так, это уже не Бельбо, а Казобон).
Только у Краули финал счастливый - кажется, единственный во всех его романах.
Но и отличия заметны не менее.
Эко - экстраверт, а точнее - социолог и культуролог. То, что происходит с его персонажами, есть частное проявление неких глобальных процессов (так же как болезнь Диоталлеви порождена той игрой, в которую он заигрался). Краули - алхимик: Делание может быть совершено только в человеческой душе, а уж потом - оказать влияние на внешний, материальный мир. Собственно, потому это и роман не о мире, а о Пирсе Моффете.
Для Эко тамплиерщина и составление Планов - не столько забавная игра разума, сколько интеллектуальная и моральная ловушка (что с самого начала чувствует Лия и слишком поздно понимает Казобон). Для Краули аналогичные игры с историей - залог нашей свободы: если "мировая история существует не в одном-единственном варианте", мы можем пересоздать ее: каждый из нас. (Не случайно в романе появляется и Вацлав Гавел - еще один обитатель Праги, столицы Эгипта; писатель, изменивший не прошлое, но будущее, начало новой эпохи.)
Если одна-единственная модель мировой истории невозможна, то неудивительно, что гностический миф, организующий первые три тома "Эгипта", в финале... не отвергается, но значительно корректируется. Оставить мир, отягощенный злом (как это проповедовал Бо), - не выход. Никакого "вне" никому не достигнуть; нам дан только один мир - но мир этот прекрасен. (При первом чтении я не заметил, что и это - результат выбора: в финале "Дэмономании" Пирс пожелал, чтобы мир был устроен именно так; и так сделалось.) "Пессимистическому гнозису" Бо Брахмана противопоставлен "оптимистический гнозис" Клиффа (целителя, к которому Споффорд возил Роузи во втором томе). Интересно, что это же противопоставление лежит в основе "Vita nostra" Дяченко, хотя их роман ближе к христианской метафизике (но не догматике), чем тетралогия последовательного не-христианина Краули.
Ответ, который находит Пирс, дожив почти до пятидесяти лет, внутренне убедителен - и вполне гностичен, - но убедителен ли для читателей? Вне мира есть некая целостность (Плерома, скажем прямо), благодаря которой мир существует, хотя она никак с ним не связана: у этой повести, как не раз повторяется в "Эгипте", нет автора. Почему это озарение так важно для Пирса? "Ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая" - примерно так, насколько я понимаю. Так или иначе, а на гору он в конце концов поднимается (аналогия с Чистилищем прямая). Пирс, Роузи, Споффорд, Вэл, даже Аксель - все обретают мир: не навсегда, на краткое время (Пирс бесплоден, у Акселя прогрессирующая деменция), но они обретают то же, что Бельбо - играя на трубе, а Казобон - рассматривая персик в саду.
Холмы у Эко очень красивые; на горе Ранда играет прекрасная эолова арфа.
Tags: crowley, eco
Subscribe

  • Лектор готовий

    Мені було дуже цікаво прочитати курс лекцій «ХХ століття: канон і поза каноном» у "Dom Майстер Клас", і я вдячний усім, хто дивився лекції та…

  • Кажинный раз на этом самом месте

    Ольга Седакова: "М.Л.Гаспаров обычно отвечал без малейшего промедления - и при этом такими фразами, которые как будто не должны были бы успеть…

  • Бобе майсес

    Сто лет этот мультфильм не пересматривал. "И ребе сказал ему: - А как же!.."

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments

  • Лектор готовий

    Мені було дуже цікаво прочитати курс лекцій «ХХ століття: канон і поза каноном» у "Dom Майстер Клас", і я вдячний усім, хто дивився лекції та…

  • Кажинный раз на этом самом месте

    Ольга Седакова: "М.Л.Гаспаров обычно отвечал без малейшего промедления - и при этом такими фразами, которые как будто не должны были бы успеть…

  • Бобе майсес

    Сто лет этот мультфильм не пересматривал. "И ребе сказал ему: - А как же!.."