Category: город

Category was added automatically. Read all entries about "город".

... and the Bookman

Dies ille

world_subway

Разбирая всякий хлам, я вдруг наткнулся на лист формата А2 со схемой метро... то есть инфографикой о судьбе мира. Копирайт 1991 года, тираж 50 000.
Надеюсь, вам пригодится.
... and the Bookman

Из гетто - в Изумрудный город

В мартовском номере "Мира фантастики" напечатаны две статьи angels_chinese о Бауме и Стране Оз. Финал первой из них уже цитируют; процитирую и я:

"Простую историю о девочке, которая хотела вернуться домой, о ее друзьях, которым недоставало веры в себя, и о Волшебнике, который оказался обычным человеком, можно при желании наполнить любыми смыслами. Отчего бы не увидеть в этой сказке ещё и притчу о фантастической литературе? Судите сами: Дровосек символизирует научную фантастику (по сути он киборг), Лев – фэнтези (говорящее животное), Страшила – хоррор (с таким-то именем). НФ часто обвиняют в том, что у неё нет сердца, фэнтези – что это трусливый эскапизм, хоррор – что он редко бывает умён. Ну а Волшебник – это, конечно, большая литература, пресловутая боллитра, которая на самом деле никому ничего дать не может".

Yep.
... and the Bookman

Метро и культура

Когда-то в этом ЖЖ обсуждали вопрос, почему метро вошло в английскую литературу только через несколько десятилетий после его постройки. В недавней статье к юбилею Метрополитена нашлись интересные уточнения к тезису:

С годами лондонское метро становилось все более популярным: о нем слагали пьесы, романы и детские стишки, его сюжеты использовали художники для поздравительных открыток.
В изданном в 1896 году романе Ангуса Эбботта "Порождение фортуны" поезд прибывает на станцию "Чаринг-Кросс", "тяжело свистя, громыхая и скрипя".
Темные тоннели метро стали местом действия различных кровавых литературных историй, в том числе романа Джона Оксенхэма, в котором описывается история бывшего работника железной дороги, ставшего серийным убийцей.
Опус Оксенхэма оказался настолько реалистичным, что, по словам Сэма Маллинса, вызвал жалобы со стороны руководства одной из веток лондонского метрополитена - District Railway.
Любопытно, что великий сыщик викторианской эпохи Шерлок Холмс, живший напротив станции "Бейкер-стрит", впервые упоминает о метрополитене лишь в 1908 году в рассказе "Чертежи Брюса-Партингтона".

(Последнее неверно: уж не помню, где, но Уотсон однажды говорит, что вышел из метро. Да и не жили они "напротив".)

Как обычно бывает - новая тема входит через низовые тексты. Примерно так же было с "крепкой", "мужской" колониальной прозой: задолго до Хаггарда, Киплинга и даже до "Исповеди душителя"ее писали совершенно забытые сейчас женщины.
The Bad

Мэрские дела

До выборов киевского мэра осталось три недели. Меня умиляет "война эпитетов" на бигбордах:
Кличко: "Києву потрібен сильний мер".
А Турчинов на это: "Києву потрібен розумний мер".
А тогда Кличко: "Києву потрібен чесний мер".
И Турчинов: "Обери справжнього мера".
Тут уж крыть нечем: против "настоящего мэра" не попрешь.

А в почтовый ящик подбросили листок Николая Катеринчука, в котором он представляет свою команду. Что ни характеристика, то радость. "Алексей был очень любознательным ребенком. Все, что попадало в его руки, разбиралось на детали... Любимым изданием Алексея был "Юный техник"..." "Как одаренный человек, Роман носит очки, много читает..." "Олег [Бойко] и Николай [Катеринчук] одновременно получили дипломы юристов... Набравшись профессионального опыта, открыли первое собственное дело - юридическую компанию "Моор и Кросондович"..."
Почему Бойко и Катеринчук - это Моор и Кросондович?! Чудны дела твои.
Just Homsa

Дуновение Подземельных Измерений

Из пражских воспоминаний (запоздало, да).
Я шел по одной из улиц старого города к набережной, Вечер был довольно теплый, но стоило мне ступить с тротуара на мостовую, как внезапный порыв ледяного, зловещего, мистического, замогильного ветра пробрал меня до костей.
В Праге я был готов, конечно, ко всему, но только не к стандартному сюжету дешевой фэнтези: герой делает шаг, и... Тем более, что я не герой.
Это были не самые приятные секунды в моей жизни.
...А потом я увидел воздуховод метро.
Just Homsa

Очередной подвиг нашего мэра

Горадминистрация выселяет Киевскую городскую стоматологическую клининку (на ул. Пимоненко).
По слухам, ее превратят в депутатское общежитие (?).
Врачи сидят под дверями.
Слов не осталось, выражений тоже.
  • Current Mood
    палити сільраду
... and the Bookman

Киплинг с комментариями

http://www.kipling.org.uk/bookmart_fra.htm

Очень полезный сайт, на котором мы с satharisом паслись, когда работали над "Оком Аллаха": еще не полный, но регулярно пополняемый свод комментариев к Киплингу. В числе последних добавлений - примечания к рассказам о Маугли (включая составленный самим Киплингом указатель имен, с произношениями и этимологиями). Много любопытного: какие города стали прототипами Холодных Берлог (нет, не только Амбер), как выглядит утес Диких Пчел (с фотографией!), существует ли зоосад, из которого сбежала Багира (еще в 1970-х - существовал). И так далее.

Бонус: неизвестные рассказы из "Just So Stories":
"Ham and the Porcupine" & "The Tabu Tale".
Just Homsa

Стоящие у врат

Я прочитал роман Даниэля Клугера "Последний выход Шейлока" ("Стоящие у врат"). Это талантливая, жесткая, умная книга. Безжалостная история гетто Брокенвальд - Круга Первого нацистского ада, обитатели которого ведут некое подобие нормальной жизни. Это не жизнь - но это еще и не Освенцим, куда отправляют всех обитателей Брокенвальда в финале.
Это история одного убийства - убийства режиссера, который поставил в гетто "Венецианского купца" и сыграл Шейлока. Расследование ведут бывший полицейский Шимон Холберг и его помощник (он же рассказчик) доктор Вайсфельд. Игра в Холмса остается игрой, но не ослабляет серьезности романа.
"Вся беда в том, Вайсфельд, что за две тысячи лет мы так и не научились строить для себя что-нибудь, кроме гетто".
Надеюсь, автор не обидится, если я выскажу три критических замечания.
Первое: книга слишком коротка (что я говорил и о "Баскервильской мистерии"!). Второе касается языка: в романе слишком много книжных слов латинского происхождения. В речи медика Вайсфельда они допустимы, но когда раввин рассуждает о "процессе" возвращения вселенной к изначальной гармонии... И третье, самое серьезное. Мне кажется, что детективная и, скажем так, историческая линия романа не сошлись в финале. Читатель узнал, кто убийца, - и получилось так, как если бы в "Имени розы" все преступления совершал келарь, страшащийся, что инквизиторы узнают о его еретическом прошлом. Финальная разгадка "Шейлока" ничего не прибавляет и не расширяет смысловое пространство книги.
Но то, что в книге сказано, - сказано сильно. Прочитайте.
Just Homsa

Лытдыбр

После четырех пар спускаюсь в метро на эскалаторе, навстречу плывет реклама:
"ПАРА ЗА ПАРОЙ, СНОВА И СНОВА".
Как верно, думаю я, как жизненно.
И тут до меня доходит, что это реклама обувного магазина.