Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Just Homsa

Пионерский фольклор на дому

Дней десять назад у нас в подъезде должна была начаться установка нового лифта. Оно бы и хорошо (учитывая, как часто ломался старый, сорока-с-чем-то-летний), но проблема в том, что закончить ремонт обещают аж в середине августа. А в десятиэтажке живет довольно много пенсионеров. А другого лифта нет. А мусоропроводы, пользуясь карантином, заварили нафиг.

Два дня назад я выходил в магазин и увидел у подъезда огромный ящик с маркировкой "Могилевлифтмаш".

Полчаса назад я выходил в магазин и увидел в подъезде огромный ящик с маркировкой "Могилевлифтмаш".

Мальчик, мальчик, черный лифт уже у тебя в доме...

Ну, хоть ножные мышцы накачаю.
Just Homsa

Сессия

"Втянувшись в водоворот выпускных экзаменов (на этот раз я их сдал успешно), я забыл друзей, живопись и все, что заслуживает внимания на этой земле, во имя словарей и грамматик. Тулузская экзаменационная коллегия признала меня подготовленным, несмотря на глупость моих ответов. Я цитировал Лукана — хотя цитаты эти никогда не существовали. А профессор с чувством собственного достоинства принял меня в распростертые объятия" (Тулуз-Лотрек, 1881).
Just Homsa

В очередной раз

В одном читательском сообществе наткнулся на отзыв о "Радуге гравитации" и в очередной раз вспомнил, за что я не люблю американский постмодернизм, от Набокова до Джина Вулфа (кроме самоочевидных Краули и Стивенсона. И "Пнина"). Вот за что:

"Например, в переводе есть такой персонаж как Мёрри Лыб, в оригинале - Murray Smile - в имени есть отсылка и к отцу Брайана Уилсона - Мёрри Уилсону, и к альбому-энигме (на момент выхода Радуги) Брайана Уилсона "Smile". И оказывается, что Пинчон встречался с Брайаном в то время, когда тот пытался выпустить злополучный альбом. Таких примеров я много могу привести".

Ну. И. Что.

Какой глубокий роман - в нем есть скрытый смысл: "два по вертикали" пересекается с "три по горизонтали"! Надо же.

(Но то, что "Радугу" "Видавництво Жупанського" обещает до конца года издать по-украински - очень хорошо. Стивенсон прочитал Пинчона - и сделал "Криптономикон". Может, и у нас кто сможет?..)
... and the Bookman

Идальго

Занимательная история об умышленных и поддельных портретах Сервантеса.

«В конце 40-х годов Рамона Менендеса Пидаля, директора академии [испанского языка], спросили, почему бы не убрать портрет Сервантеса, признанный подделкой, на что мудрый академик ответил: "Не стóит: если мы его уберем, придется повесить Франко…"»
... and the Bookman

Post-

Интервью Жадана на UA:Культура. Спросили, какой стереотип о нем его больше всего раздражает, и Жадан взмолился: мол, уважаемые учителя, никогда не говорите, что я постмодернист, то, что я делаю, к постмодернизму не имеет отношения.

Это, конечно, сильно сказано, потому что постмодернист он и есть, но – ніде правди діти – не только постмодернист. Почему?

(Ответ «Потому что уже пришел постпостмодернизм» – отметаю сходу, потому что ни в какие «постпост» не верю.)

Вариант-1: то, о чем уже многажды говорено. Поздне-/постсоветский постмодернизм зачастую трудноотделим от модернизма, потому что последний не закончился естественным образом и не прошел путь развития до конца. Вот и наверстывают. Украинский пример: Забужко, у которой модернизм и соцреализм принципиально неразличимы, а «пост-» вообще отсутствует. Украинский положительный пример: химерная проза (Шевчук, вероятно).

Вариант-2: и это, мне кажется, случай Жадана. Сознает он это или нет (думаю, вполне сознает), он участвует в построении модерной (политической) нации. Уже поэтому его поэтика не может строиться апофатически, «от обратного», от отрицания. У его лабиринта есть центр. Как туда дойти, не очень ясно, – то есть герой-то Жадана туда доходит, вопрос, как привести всех остальных. Другое дело, что этот «большой нарратив» может быть воплощен только в постмодернистских формах – и это позволяет Жадану избежать эстетической архаичности.

Наверняка и об этом уже написана хорошая монография.
... and the Bookman

А сегодня, между прочим, день филолога

На днях мне как раз попались две любопытные статьи.

Одна любопытная, потому что глупая – о «Криминальном чтиве», которое, оказывается, шедевр, потому что нет там никакого «авторского месседжа», а есть только новый киноязык, «патологичная синефильская игра». Это, повторяю, глупо, потому что у Тарантино вполне четкий месседж (о неотличимости в нашем мире случайности от промысла; но почему-то воздается коемуждо по делом его). И, как полагается в шедевре, главным средством выражения смысла оказывается форма, тот самый новый киноязык, который в последнюю четверть века слишком часто используют как автоматизированный набор приемов. Слово «игра» – не оправдание, знаете ли.

А вторая статья – об англичанине, авторе книги про антисемитизм Т.С. Элиота. Когда он (англичанин, не Элиот) учился в Кембридже, студентам объясняли, что, конечно же, у Элиота нет антисемитизма, потому что поэтический текст самодостаточен, автор ничего не «хочет сказать», а если и хочет, то какая разница, потому что все знают о «смерти автора» и т. д., и т. д. А потом выходит выпускник Кембриджа и говорит: нет, хотел сказать, и говорил, и был антисемитом. (Но любим мы его все равно за «Кошек».)

Поэтому: выпьем за лучших из нас – за тех, кто умеет прояснять смыслы текстов, помнит о пределах интерпретации и не переходит их в голое постструктуралистское поле.

Где же кружка?!
The Good

На склонах

Я в последнее время нечасто бываю на Андреевском спуске: «уже не то…»

И сегодня мы оказались там почти случайно: ходили, собственно, посмотреть на новую лестницу от Андреевской церкви, а попали на «день рождения Андреевского».

Во-первых: аллею художников реконструировали и обустроили, появились новые смотровые площадки в тени деревьев (растущих сквозь отверстия в помосте), беседки в стиле Кокоревской и пр., а отрезок возле фуникулера впервые на моей памяти перестал напоминать отраду бомжей. Тьфу-тьфу, но то, что Кличко делает с системой парков, пока что очень удачно.

Во-вторых: лестница от Андреевской до аллеи хорошо вписалась в ландшафт (в отличие от Театра на Подоле, delenda est), как и новая-старая лестница от Старокиевской горы на Воздвиженку.

В-третьих: само массовое действо оказалось очень… органичным. В том числе велосипедисты, разъезжающие на тросах высоко над головами. Кельтская музыка. Джаз. Украинская музыка. Украиноязычные ведущие. (Только в самом низу спуска – внезапный привет из 90-х ,что-то вроде мюзикла на русском, совсем плохо.) Хорошей сувенирки – внезапно – в разы больше, чем жлобской и советской. Извините за банальность, но – Европа, а не «Мы бодры, веселы». Чтоб не сглазить.

В качестве приложения – традиционные надписи города К.

IMG_20190908_162539


P1180525 P1180526
True Neutral

Но не эти дни мы звали, а грядущие века

pasaka-ii-ciurlionis

Впервые с 1990 года побывал в Каунасском художественном музее, в залах Чюрлениса. Любил его и люблю; когда сейчас смотрю на его картины, вспоминаю то раннего Толкина (и художника, и поэта), то Дансейни, то Йейтса, а то и Андрея Белого («Сказка II» – «Возврат. III симфония»).

Поразительное было время: сплошные мистические прозрения – причем все неподдельные, – колеблющиеся на грани невыносимой пошлости (и слишком часто туда проваливающиеся: Блок или, простигосподи, Лавкрафт). Тем ценнее те, кто остался – или, вернее, чье творчество осталось по ЭТУ сторону.