Category: лытдыбр

... and the Bookman

Полемика на наших страницах

Олег Кудрин попросил меня разместить в ЖЖ отзыв Кирилла Анкудинова на кудринскую статью "Уроки одесской школы и гребни одесской волны" и ответ на этот отзыв.
Что я и делаю.

Вперед - к Ваенге.
Прогулки по журнальному саду с Кириллом Анкудиновым

Я всегда рецензировал только литературно-художественные журналы – «Новый мир», «Знамя», «Октябрь».
Но и в литературоведческих изданиях бывает немало интересного.
Вот, например, в третьем номере журнала «Вопросы литературы» опубликована статья Олега Кудрина «Уроки одесской школы и гребни одесской волны».
Collapse )


Олег Кудрин.
По суровым законам литературной секты


Литературовед и литератор Кирилл Анкудинов затеял вести регулярный обзор толстых журналов. Замечательная казалось бы, новость. Ведь большая часть людей, некогда чуть ли не с боями отстаивавших право подписаться на «Новый мир» или «Юность», сегодня уверены, что никаких журналов, кроме «Каравана историй», «Отдохни» или «Авто-ревю» в мире нет. А услыхав слова «Новый мир», «Октябрь» или «Наш современник», удивляются в духе Д’Артаньяна: «Как? А они еще живы?»
Привлекателен поначалу и воинствующий субъективизм полемических заметок автора. Но всему есть предел. Collapse )
... and the Bookman

Для любителей - малоизвестный рассказ Киплинга

* * *
РЕДЬЯРД КИПЛИНГ
Мое собственное персональное привидение
(Правдивая история)

Перевод Юлии Жуковой
под редакцией Михаила Назаренко


Скитаясь в пустыне, я встретил его, –
В пустыне, в мертвой пустыне.
«Город страшной ночи»


В этом рассказ речь пойдет исключительно о привидениях. В Индии, например, есть привидения, которым нравится принимать облик толстых, холодных, раздувшихся покойников, они затаиваются в придорожных деревьях и ждут, когда покажется путник. Тут покойник сваливается ему на голову, и все, конец. Особенно жуткие привидения получаются из женщин, которые умерли при родах. Они бродят в сумерках по тропинкам, прячутся в кукурузном поле на краю селения и зазывают чарующим голосом. Но смерть тому, кто отзовется на этот призыв, – смерть и в этом мире, и в ином. Ступни у этих существ вывернуты задом наперед, так что любой мужчина, если только он не пьян, сразу смекнет, кто его манит. Дети, которых утопили в колодце, тоже становятся привидениями. Они обитают возле колодцев и на опушке джунглей, жалобно плачут по ночам, хватают проходящих мимо женщин за одежду и умоляют взять их на руки и унести с собой. Впрочем, все эти привидения, начиная с покойников, исключительно туземная нечисть, белых они не трогают. Я не слышал ни одной сколько-нибудь достоверной истории, когда местное привидение покусилось бы на англичанина; зато разнообразные английские привидения то и дело пугают до смерти и белых, и черных.

Почти в каждом гарнизоне живет свое собственное привидение. В Симле, говорят, их даже два, а в дак-бунгало [дорожной гостинице] «Сахиб» в Сайри, что стоит на Старой дороге, женщина-привидение играет на фисгармонии; в одном из домов в Массури привидение извело всех разнообразными каверзами и проделками; говорят, что в Лахоре какая-то Белая Леди всю ночь бродит по усадьбе, как сторож; жители Дальхузи утверждают, что весенними вечерами в одном из его домов нескончаемо раздается грохот и леденящие души вопли, словно запряженная лошадью повозка срывается с дороги и летит в пропасть; в Марри привидение без устали веселится, но теперь, когда город пережил вспышку холеры, у него появился законный повод обзавестись другим привидением, которое будет горевать; в здании офицерского собрания в Миан-Мире двери комнат открываются сами собой, а мебель скрипит не от июньской жары, а от веса невидимок, которые по-хозяйски располагаются в креслах; в Пешаваре немало домов, которые никто не снимет ни за какие деньги; большая вилла в Аллахабаде пользуется дурной славой, и дело тут не в лихорадке. Что касается старых провинций, там дома просто кишат привидениями, а уж по дорогам эта нечисть слоняется целыми толпами.

Collapse )
... and the Bookman

Прогрессоры

Наконец-то вышел четвертый том серии Светланы Бондаренко "Неизвестные Стругацкие: черновики, рукописи, варианты". Как и в предыдущих книгах, много интересного (скажем, наброски к историческому роману о киевских богатырях). Кое-что я решил закинуть в ЖЖ.
Вот отрывок из чернового варианта повести "Волны гасят ветер": что Тойво Глумов на самом деле думал о Максиме Каммерере. Почему этот фрагмент так отличается от окончательного варианта, понятно: ведь "Волны" - это мемуар Максима, и разговоры Тойво с Асей - не более чем реконструкции. А о таком Каммерер вряд ли догадался бы.

Collapse )