Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

... and the Bookman

ОТ НАС СКРЫВАЛИ!

«В лето 6617 [1109]. Явися в Киеве на церкви святаго архангела Михаила Златоверхаго птица незнаема, величеством бе со овна, и сиаше всякими цветы, и песни безпрестанно, и много сладости имуще изношашеся от неа; и седе на церкви той 6 дний, и отлете, и никто же нигде же можаше видети еа к тому» (Никоновская летопись).
... and the Bookman

Глупый пингвин

(В скобках. А ведь наверняка кто-нибудь да писал о влиянии Максима Горького на украинский модернизм? Из самого очевидного: "По дорозі в Казку" Олеся - еще более ужасный ремейк "Данко", на фоне Метерлинка, разумеется ("рви нирки, вони горітимуть", словами другого классика). Из, может быть, менее очевидного: дети-антагонисты в рассказе Винниченко "Федько-халамидник" - это адаптированные для среднего школьного возраста горьковские "босяк" и "мещанин".)
... and the Bookman

Полет Ястреба, или Улыбка Боромира

Ursula K. Le Guin: Only in silence the word, / only in dark the light, / only in dying life: / bright the hawk's flight / on the empty sky.

Е. Жаринов: Только в молчаньи познаешь слово, / Только во тьме познаешь свет, / И, умирая, увидишь Ястреба, / Парящего в вышине.

С. Славгородский: В молчаньи слов, / Во мраке света / И только в смерти жизни ты / Отыщешь путь свой к свету, сокол, / Среди небесной пустоты…

А. Ставиская: Только в молчании звук, / Только во мраке свет, / Только в погибели жизнь: / В пустынной синеве / Ясен ястреба след.

И. Тогоева: В молчании – слово, / А свет – лишь во тьме; / И Жизнь после смерти / Проносится быстро, / Как ястреб, что мчится / По сини небесной, / Пустынной, бескрайней…

Г. Осадко: Лише мовчання творить справжнє слово, / Першопричина Світла — темна Тінь, / Життя — у Смерті, Смерть — у юнакові, / Що яструбом летить у височінь.

Ну, и бонусом:
Только во тьме свет, / Только в молчании слово, / Смотри, как сверкают крылья / Ястреба в ясном небе.
(«Гребенщиков бог, от него сияние исходит».)
... and the Bookman

Смауг из Америки

Джон Гарт, автор одной из лучших биографических книг о Толкине, предполагает, что эпизод "Смауг - черная стрела - совет дрозда - выстрел Берена" восходит не к германо-скандинавской мифологии (что очевидно), а к "Гайавате":

И начался бой великий,
Бой, невиданный под солнцем!
От восхода до заката -
Целый летний день он длился,
Ибо стрелы Гайаваты
Бесполезно ударялись
О жемчужную кольчугу.
Бесполезны были даже
Рукавицы, Минджикэвон,
И тяжелый томагаук:
Раздроблять он мог утесы,
Но колец не мог разбить он
В заколдованной кольчуге.
     Наконец перед закатом,
Весь израненный, усталый,
С расщепленным томагавком,
С рукавицами, в лохмотьях
И с тремя стрелами только,
Гайавата безнадежно
На упругий лук склонился
Под старинною сосною;
Мох с ветвей ее тянулся,
А на пне грибы желтели -
Мертвецов печальных обувь.
     Вдруг зеленый дятел, Мэма,
Закричал над Гайаватой:
"Целься в темя, Гайавата,
Прямо в темя чародея,
В корни кос ударь стрелою:
Только там и уязвим он!"
     В легких перьях, в халцедоне,
Понеслась стрела-певунья
В тот момент, как Меджисогвон
Поднимал тяжелый камень,
И вонзилась прямо в темя,
В корни длинных кос вонзилась.
И споткнулся, зашатался
Меджисогвон, словно буйвол,
Да, как буйвол, пораженный
На лугу, покрытом снегом.
True Neutral

Кошмар маккартиста

В преддверии "Евро" киевские власти срочно транскрибируют названия улиц для двуязычных указателей. В результате возникают гибриды, способные довести до инфаркта любого пентагоновского ястреба. Сегодня увидел в переходе: "40-richchia Zhovtnia Avenue" (это "проспект Сорокалетия Октября"). Живо представил такую табличку на Бродвее.
The Good

"Ярмарка в Скарборо"

Одна из любимых моих английских баллад (перевод Н. Голя - к сожалению, по тому варианту, где ярмарки-то и нет). Как я не сомневался, впервые ее услышав, что это диалог фейри со смертной девушкой, так и не удивился, узнав, что древнейшая ее версия называлась "Эльфийский рыцарь".



- Если сможешь так мне рубашку сшить,
Чабрец, розмарин, шалфей,
Чтоб ее не коснулись игла и нить -
Ты возлюбленной станешь моей.

Если выстирать сможешь рубашку мою,
Чабрец, розмарин, шалфей,
В сухом, как песок, безводном краю -
Ты возлюбленной станешь моей.

Если высушить сможешь ее потом,
Чабрец, розмарин, шалфей,
Над колючим сухим терновым кустом -
Ты возлюбленной станешь моей.

- Три задачи задал ты непростых,
Чабрец, розмарин, шалфей,
Если выполнишь три заданья моих -
Я возлюбленной стану твоей.

Отыщи-ка земли плодородный слой,
Чабрец, розмарин, шалфей,
Между дном морским и морской водой -
Я возлюбленной стану твоей.

И вспаши это поле рогом овцы,
Чабрец, розмарин, шалфей,
И засей без зерен во все концы -
Я возлюбленной стану твоей.

И сними урожай бумажным серпом,
Чабрец, розмарин, шалфей,
И свяжи снопы павлиньим пером-
Я возлюбленной стану твоей.

Если хватит сил для такого труда,
Чабрец, розмарин, шалфей,
За рубашкой своей приходи тогда -
Я возлюбленной стану твоей.
... and the Bookman

Два совсем разных стихотворения

Просто так.

Йейтс, Белые птицы

Стать бы нам как белые птицы, две птицы на пенной волне!
Мы устали от звёзд падучих, неверных ночных огней,
От вечерней звезды над морем, голубого её огня,
Что бессмертной печалью мучит и тебя, мой друг, и меня.

Слишком тяжки для сердца грёзы роз и лилий в росных садах;
О любовь моя, полно грезить об угасших в ночи звездах
И о той, что у края неба всё горит голубым огнём, —
Лучше станем как белые птицы и в морскую даль поплывём.

Брежу я островами без счета, берегами Дану томлюсь,
Где о нас позабудет Время и сердец не коснется Грусть.
В даль морскую от роз и лилий и от муки звёздных огней
Поплывём мы, как белые птицы, качаясь на пенной волне!

Перевод (с) Анна Блейз, 2010
Оригинал тут: www.poetry-archive.com/y/the_white_birds.html

* * *

Саша Черный. Любовь не картошка (Повесть)

Арон Фарфурник застукал наследницу дочку
С голодранцем студентом Эпштейном:
Они целовались! Под сливой у старых качелей.
Арон, выгоняя Эпштейна, измял ему страшно сорочку,
Дочку запер в кладовку и долго сопел над бассейном,
Где плавали красные рыбки. «Несчастный капцан!»

Collapse )
... and the Bookman

Небывальщина, или Незваный гость лучше татарина

"Когда-то была распространена в деревне поговорка: "Копейка - не деньги, курица - не птица, баба - не человек". Ответом на нее звучит советская пословица: "Что содеяли, того не придумать вовек: и курица - птица, и женщина - человек".
("Народное творчество", 1937, № 12. Цит. по: Natales grate numeras? СПб., 2008, с. 505.)