Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

Just Homsa

Ко дню славянской письменности

– напоминание от Анджея Сапковского о крайней важности не только Кирилла, но и Мефодия («Вареник», 1993):

«Oto autorzy, których dokonania na polu klasycznej – lub nieklasycznej – SF są interesujące, odkrywcze i ze wszech miar godne uwagi, tworzą zapierające dech w piersiach „Pirogi”, gdy dotkną fantasy. Symptomatyczne? Oczywiście, że symptomatyczne. Bo inkryminowani autorzy znają kanon SF, wychowali się na nim, fascynowali się lekturami, dokopywali się w nich przesłania i głębszej treści. Znają SF jako METODĘ TWÓRCZĄ. Znają wszystkie odcienie i subtelności gatunku, wiedzą, że gatunek ten niesie z sobą odrobinę więcej, niż radosne opisywanie przybyłych z otchłani Kosmosu Bug Eyed Monsters, pragnących władzy nad Ziemią, naszej krwi i naszych kobiet.
Niestety – powtarzam – w przypadku fantasy brak znajomości kanonu. I metody. Nie ma metody. Został Cyryl. I Piróg».

(Перевод Е. Вайсброта:
«Вот авторы, достижения которых на поле классической — либо неклассической — SF интересны, новаторски и во всех смыслах заслуживают внимания, но которые творят запирающие дух в груди «Вареники», стоит их руке коснуться фэнтези. Симптоматично? Конечно, симптоматично. Они знают SF как ТВОРЧЕСКИЙ МЕТОД. Они знают все оттенки и тонкости жанра, знают, что этот жанр несет в себе чуточку больше, нежели ликующее описание прибывших из глубин космоса Жукоглазых Монстров, жаждущих власти над Землей, нашей крови и наших женщин.
Увы, повторяю, в случае фэнтези отсутствует знание канона. И метода. Нет МЕТОДА. Остался Кирилл. И Вареник».
В примечании переводчик, конечно, объясняет непереводимость шутки.)
... and the Bookman

И от Толкина бывает польза

Конни Уиллис любит рассказывать историю о том, как она впервые прочитала "Властелина Колец". Было это в самолете, Уиллис летела в другой город, чтобы сообщить своему тогдашнему бойфренду, что она решила закончить их отношения. Но к моменту посадки она уже могла говорить только о хоббитах... и они с тем бойфрендом уже 53 года как женаты.
... and the Bookman

Чтоб судить в объеме

Когда-то я давал ссылку на блог-пост Чарльза Стросса о том, как менялся средний объем фантастических романов: «A typical SF novel of the 1960s was 70,000 words long. By the 1980s, 80,000 words was the norm; by the 1990s it had bloated to 100-120,000 words».
Для сравнения: объем хайнлайновского «Чужака» (1961) – 162 тыс. слов, и это после сокращений. «Дюна» (1965), которая не сразу нашла издателя, – 202 тыс. «Криптономикон» (1999) – 406 тыс.
Я думал, что к началу 1980-х издатели как-то смирились с тем, что фантастические книги бывают толстыми, но нет. На практике придерживались принципа «квод лицет Йови»: так, например, когда Дэвид Эддингс принес свою (бездарную) трилогию, ему объяснили, что фэнтези по 600 страниц розница не возьмет, так что три тома разбили на пять. Чуть раньше Джин Вулф обнаружил, что, если первые тома его трилогии будут страниц по 380, то последний может растянуться и на 500. Его литагент и редактор пришли в ужас от такого разнобоя, и третью часть поделили на две, для чего Вулф дописал еще сколько-то эпизодов. (Для сравнения: третий том Мартина в полтора раза больше первого – и ничего. А пятый по объему приближается к «Властелину Колец» – но толку-то?)
Проклятая капиталистическая экономика.
... and the Bookman

Толкин и Кэрролл

chessboard

То, на что я не обратил внимание, когда писал свою давнюю статью о (прото)фэнтезийных картах.

Толкин был не слишком доволен, когда «Хоббита» сравнивали с «Алисой в стране Чудес» (детская сказочка оксфордского профессора… «Доджсон не был профессором!» – с классовой гордостью заявлял Дж.Р.Р.). Если и вспоминать в связи с «Хоббитом» кэрролловскую сказку, то «Зазеркалье» – «оно ближе по всем статьям».

Почему «Зазеркалье»?

Потому что у Бильбо, как и у зазеркальной Алисы, есть конкретная цель (Одинокая гора / восьмая горизонталь). И потому что в «Зазеркалье», как и в «Хоббите», есть карта, по которой можно следить за перемещениями героев. Да, это всего лишь схема шахматной партии, но все-таки карта.

(Возможно, Толкина привлекали и рассуждения Шалтая о семантике, но это все же второстепенно.)

(Ну, и "Бармаглот", безусловно.)
... and the Bookman

Трор

В ранних черновиках «Хоббита» Толкин, как известно, еще не разобрался с тем, кого как зовут. Поэтому волшебника именовали Бладортином (эльфийское имя не вполне ясной этимологии), а предводителя отряда – Гэндальфом (собственно, Гандальв, «эльф с посохом» – не очень-то подходящее имя для гнома) и т. д.
А деда главгнома, древнего Короля-под-Горой, звали Фимбулфамби. Что значит «большо-ой дурак» («Речи Высокого» из «Старшей Эдды»).
... and the Bookman

Чехов и фэнтези

По следам наших выступлений.

Во вчерашнем видео я говорил, что фэнтези (в лучших своих проявлениях, или, что в данном случае то же самое, в жанровой своей основе) описывает мир как имеющий смысл: мир – это история, которую можно рассказать. [Идея Джона Клюта, иже в вышних.]

Когда Суэнвик решил написать «анти-фэнтези» («Дочь железного дракона»), у него получился анти-эскапизм, но не анти-фэнтези, потому что роман основан на «Белой Богине», жестко структурирован и в финале как будто обещает героине выход из порочного круга.

Возьмем пример из реалистической литературы: тексты о том, что мир не имеет смысла. То есть прозу Чехова. Возможно чеховские рассказы перенести в фэнтезийный антураж? Да легко. Мелкий несчастный хоббит Айвен Жукофф в услужении у темных эльфов посреди Анк-Морпорка. Но сама по себе смена антуража никому не нужна (знаменитый пример, когда один и тот же абзац переписывается как вестерн, НФ и фэнтези – и толку-то?). В Анк-Морпорке Ванька Жуков был бы частью более общей картины – системы мира, говоря кратко. Наташа, входящая в дом Прозоровых, как злая мачеха в дом Белоснежки, была бы злом, а не просто мерзостью. «Чеховское фэнтези» стало бы не отрицанием смысла, а этической инверсией – рассказом о мире, где победило зло, а не энтропия. Ну, да, «темное фэнтези», которое редко, но бывает осмысленным.

А «джойсовское фэнтези» даже воображать не надо – вот они, «Поминки по Финнегану».
... and the Bookman

Фтхагн

(Прослушав интересную лекцию Євгена Ліра о культе Лавкрафта. Warning: я терпеть не могу ГФЛ.)

Существует множество вариаций на тему «космического ужаса», которую пытался (ключевое слово «пытался») воплотить Лавкрафт. И большая их часть – включая исходник, конечно, – это защита средствами масскульта от экзистенциального ужаса как такового и ужасов ХХ века, в частности.

Наверняка кто-то уже вообразил Третий рейх с Ктулху, со всей подобающей бюрократией, вавилонской лотереей, определяющей, кто останется в живых, Древними в роли доктора Менгеле (и людьми, которые восхищаются точностью их хирургической работы), газовыми камерами, Ми Го и ползучим хаосом у Врат Закона.

«По-видимому, кто-то написал на землемера К. донос, поскольку однажды утром он был вызвал в замок Глубока-под-Влтавой, где спит граф Рлайхрлайх».

(Чем, кстати, хорош «Этюд в изумрудных тонах» Геймана: это серьезная пародия, в которой, помимо прочего, человечество победит.)
... and the Bookman

Wiedźmin

В старых своих файлах из позапрошлой жизни я нашел вот такой текст 2001 года. Свежевышедшему сериалу посвящается.

ВЕДЬМАК (вкратце)
«Ведьмак»? Великий «Ведьмак» в версии Вайсброта? Вспоминаю, вспоминаю... Вспомнил!

В Велеграде вякали: вроде ведьмак Веральт въехал в ворота верхом. Вообще-то, верно...
Вечерело. Вымотанная Вобла вяло волочилась.
В воротах вдруг выросли витязи велеградского войта – высокие, важные. Взгляд в Веральта вперили.
– Ведьмак? – вопрошают.
– Вроде, – выкрутился Веральт. – Вояжёр. Валькирии, вакханки, вампиры, василиски, вервольфы, водяницы, волколаки, волкодлаки, вурдалаки, Вии вокруг водятся?
Верзила выпучился враждебно, ворчит:
– Вумный выискался... «Валькирии»... Выкуси!
– Вали валом, – вмешивается второй. – Волкодава выпустим. Вцепится – всё! Вразумел, ваше высокородь?
Ве-ежливые, вахлаки...
– Вражьи выкормыши! – выплюнул ведьмак. – Вот встретимся вне вашей веси – вестимо, возопите! Вперед, Вобла!

Вот всё. Впечатляет? Восемь волюмов всякой всячины, вопли восторга верных ведьмакофилов... Вейзмир! Впустую выброшенное время!